Статьи

Премьера в Мариинском: «Двенадцать» Тищенко

Автор Ольга Угарова

13.07.2022

Мариинский театр готовится к премьере. 14 июля на фестивале «Звезды белых ночей» покажут постановку солиста и хореографа Александра Сергеева — балет «Двенадцать» Бориса Тищенко по поэме Александра Блока. В главных партиях выйдут Екатерина Кондаурова, Надежда Батоева, Рената Шакирова, Константин Зверев и Филипп Степин.

Сценография Леонида Алексеева (эскиз)

Леонид Якобсон и Александр Блок

Шестидесятые годы в советском балете ознаменовались новаторскими идеями, которые так и хотелось воплотить на сцене. Одним из локомотивов нового направления стал Леонид Якобсон. После успеха «Спартака» и «Хореографических миниатюр» он взялся за мощную поэму Блока «Двенадцать» — текст, который так приветствовали в 1920-е годы, но старались не афишировать в сталинское время: уж слишком много там жестокой стихии вокруг революции, да и много вопросов было к финалу, в котором появляется Иисус Христос. В эпоху оттепели обращение к поэме стало возможным. Якобсон был первым балетмейстером, решившим облечь «Двенадцать» в танец. В ней было то, что помогло бы ему реализовать все новации: схватку света и тьмы, лихой характер, ураган, пластику хаоса и ветер перемен. Все эти символы так и будили в нем реформатора академического танца. Не хватало только музыки, за которой он пошел к молодому ученику Дмитрия Шостаковича Борису Тищенко.

Леонид Якобсон и Борис Тищенко

Балет «Двенадцать» — не первый опыт сотрудничества хореографа и композитора. В самом начале 1960-х Тищенко написал музыку для миниатюр Якобсона на мифологические сюжеты — «Прометей» и «Данаида». Более того, к 1963 году он уже становится именитым, а его произведения исполняет Мстислав Ростропович. Взявшись за новый заказ, молодой талант решил строго следовать тексту, сохранив и его напор, и лирические отступления, и, разумеется, фигуру Иисуса Христа. Он даже сочиняет балет в двенадцати частях, точно следуя за двенадцатью главами поэмы. Тищенко наполнил партитуру всей многогранностью символики Блока, включая трагическую интонацию революции, мечту о гармонии, сумрачную надежду и образ незнакомки, который воплощается в чудовищно гротескной героине Катьке. Якобсон свой балет видел по-другому, поэтому многое купировал, пытаясь сохранить стремительный и дробный ритм постановки. Под нож среди прочего пошли два эпизода: лирический монолог Петьки, убийцы Катьки, и сцена с Иисусом Христом.

Костюмы Леонида Алексеева (эскиз)

Балет Якобсона показали в Кировском театре три раза

Несмотря на все старания и купирование финала, балет Якобсона «Двенадцать», премьера которого прошла в 1964 году, очень быстро сняли с репертуара Кировского (ныне Мариинского. — Прим. ред.) театра. Тому способствовало много разных факторов, с одной стороны, работу показали под Новый год, что не располагало к восприятию сложного материала, с другой — танцовщикам, выступавшим в одном составе, было совсем не просто справиться с новаторской хореографией. Сам Борис Тищенко считал, что из-за многочисленного купирования балет, утратив целостность, был обречен.

Александр Сергеев и «Двенадцать»

Работая над новой постановкой, солист и хореограф Мариинского театра Александр Сергеев полностью отталкивается от музыки: от всего того, что было когда-то заложено Борисом Тищенко. Изначально он хотел уйти в обобщенность и абстракцию, но композитор не дает этого сделать, крепко связав свое сочинение с текстом Блока: местами мы даже можем расслышать ритм его строк, а в самой партитуре есть прописанные фразы из поэмы. Подчеркнут эту связь чтецы, а соединит балет с XXI веком пиксельная сценография модельера и художника Леонида Алексеева.

Пролог

И музыка, и поэма Блока рождают бесконечную вереницу смыслов и подтекстов. Еще больше красок новой постановке «Двенадцати» придаст пролог, где зрителю покажут микромодель мира. Для этой части Александр Сергеев поставил дуэт, музыкой для которого стали «Три песни» Бориса Тищенко на стихи Марины Цветаевой «Окно» («Вот опять окно, где опять не спят, может — пьют вино, может — так сидят…»), «Осыпались листья» (Осыпались листья над вашей могилой, и пахнет зимой. Послушайте, милый, послушайте, милый: Вы все-таки мой…») и «Зеркало» («Хочу у зеркала, где муть и сон туманящий, я выпытать — куда вам путь и где пристанище…»).

Связь поколений

В какой-то степени подтолкнул Александра Сергеева к замыслу «Двенадцати» его отец. В 1975 году в Театре Якобсона восстанавливали этот балет, и Валерий Сергеев принимал в нем участие. Тем не менее и первоначальная постановка, и восстановленная — утрачены, осталась только музыка, которая соединяет нас с Блоком.

Екатерина Кондаурова, Надежда Батоева и Александр Сергеев
Екатерина Кондаурова и Александр Сергеев

Фото Александра Неффа