Снегурочка

Морозы, костры и обретенное небытие. Разбираемся, из чего сплетен образ Снегурочки, такой родной и неуловимой, явившейся на свет, чтобы в одночасье растаять.

Статья проиллюстрирована фантазийной фотоисторией, в которой роль Снегурочки исполнила артистка балета Большого театра Полина Нецветаева-Долгалева.

Языческое прошлое: богиня Марена

Образ Снегурочки в современной русской культуре связан либо с ее советским дуэтом с Дедом Морозом, либо с наследием XIX века, когда были созданы пьеса и опера — своеобразные оды русскому народному творчеству. В фольклорной сказке, лежащей в основе пьесы Александра Островского и оперы Николая Римского-Корсакова, воплощается мифологема круговорота жизни и неумолимой власти природы над человеком. Из любви и нежности появляется снежная девочка, но затем огонь весны забирает ее у земных «родителей»: природа побеждает человеческий бунт против ее законов.

Однако часть этнографов видит языческие корни Снегурочки. Наши славянские предки связывали с сезонными обрядами умирания и возрождения природы богиню Марену. Это имя встречается и в новгородских берестяных грамотах XII века, и в чешских глоссах средневекового энциклопедического словаря Mater Verborum IX века. Ее отождествляли со смертью, Церерой и Персефоной — богинями плодородия и владычицами подземного царства. Такая цепочка образов выводит на первый план не просто архетипичность Снегурочки, но и подчеркивает двойственную природу ее прародительницы, вобравшей в себя силу смерти и жизни.

Фольклорное бытие: Александр Афанасьев

В 1860-х годах вышло в свет фундаментальное трехтомное исследование фольклориста Александра Афанасьева «Поэтические воззрения славян на природу» — источник вдохновения для литераторов, композиторов, поэтов, включая Александра Блока, Сергея Есенина и Велимира Хлебникова. Во втором томе была опубликована русская народная сказка о Снегурочке, или Снежевиночке.

Этот образ встречается и у Владимира Даля: в его сказке «Девочка Снегурочка» героиню спасает собака Жучка, а сам текст украшен народными формами песен, прибауток и присказок. Но именно записанная Афанасьевым история вобрала в себя всю мозаику мифов о снежной девочке и ее прототипах. Здесь и «о рождении облачной нимфы под домовую кровлю», где фантазия, по словам Афанасьева, «присвоила благодатное действие весеннего тепла — очагу, как божеству, которое благословляет потомство и охраняет семейное счастие». И о смерти от костра как об инициации на Ивана Купалу, и мифы о природных духах, погибающих при смене времен года.

В исследованиях литературоведов и филологов часто упоминается имя Костромы как одной из прародительниц Снегурочки. Богиня весны, плодородия и лета была сестрой Купалы, но они были разлучены в детстве. Не ведая о родстве, Кострома стала его женой, а когда тайна раскрылась, решила утопиться и превратилась в русалку. Славянские летние обряды включали похороны Костромы: чтобы передать земле плодородную силу богини, сжигалось ее чучело. Символ снега в образе Снегурочки рифмуется и с этим мифом, где очищение и перерождение происходит через воду и огонь, что укрепляет представление о ее двойственной природе.

Сакральное настоящее: Александр Островский

В день своего 50-летия Александр Островский (31 марта) заканчивает пьесу в стихах «Снегурочка». Заказ русский драматург получил от конторы Императорских Московских театров, но результат не был оценен по достоинству. Премьера, состоявшаяся на сцене Большого театра, фактически провалилась. Пьесу называли «бессодержательной» и «фантастической». Положительную рецензию на нее дал только журнал Достоевского «Гражданин», а после нескольких показов «Снегурочку» и вовсе сняли с репертуара.

Такая бесславная юность этой пьесы-сказки не помешала ей стать уникальным материалом для обширных исследований. В двойственной природе Снегурочки, рожденной Морозом и Весной-Красной, в противостоянии смерти и жизни, жажде огня в сердце, скованном льдом, скрывается удивительный образ невинной любви, являющийся людям среди мертвой стужи.

Музыкальная судьба: Николай Римский-Корсаков и Петр Чайковский

Прежде чем образ Снегурочки воплотился в музыкальном театре в одноименной опере Римского-Корсакова, за музыкальное оформление пьесы взялся Чайковский — по предложению самого Островского. Драматург с самого начала задумал свою сказку как синтетический спектакль, где есть место не только драматическим артистам, но и оркестру, хору и оперным певцам. В этот период творчества Чайковский особенно интересовался фольклором, и за эту работу взялся с большим энтузиазмом, используя различные народные напевы и песни. Более того, композитору представилась возможность использовать фрагменты из отвергнутой коллегией дирижеров оперы «Ундина», что снова отсылает нас к теме воды и русалок в образе Снегурочки, где все сущее или отражается, или застывает, а может быть, и исчезает в пучине забвения, чтобы переродиться в иное.

В отличие от премьеры пьесы, «весенней сказочки», как назвал ее Островский, премьера оперы Римского-Корсакова в Мариинском театре прошла с большим успехом. Оценил ее и сам Островский: «Музыка к моей «Снегурочке» удивительная, я ничего не мог никогда себе представить более к ней подходящего и так живо выражающего всю поэзию русского языческого культа и этой сперва снежно-холодной, а потом неудержимо страстной героини сказки».

А музыка Чайковского теперь живет в балете «Снегурочка» Владимира Бурмейстера. Хореограф поставил спектакль в 1961 году в Лондоне для труппы Festival Ballet, частично использовав музыку оперы Римского-Корсакова и дополнив ее  другими сочинениями композитора.

Снегурочка — русская красавица Серебряного века

К концу XIX века образ Снегурочки стал неотъемлемой частью живописной и поэтической вселенной сказочного русского мира. Ее появление среди гущи лесов на границе сна и яви художники Серебряного века показывали как чудо красоты и света. Виктор Васнецов, оформивший оперу «Снегурочка» в Московской частной русской опере Саввы Мамонтова, написал в 1899 году полотно «Снегурочка — дитя Мороза и Весны». На нем он акцентирует внимание зрителя на той самой двойственности своей героини. Он буквально делит холст на две части, а его Снегурочка, одетая в старинную русскую шубу, стоит на фоне темного неба и белоснежного снега между мертвыми деревьями на заднем плане и пушистыми юными елочками на переднем.

За десять лет до этого свою картину «Снегурочка» написал Михаил Врубель. Ему были заказаны эскизы костюмов к опере. Несмотря на то что визуально образ решен иначе, а сказочность героини подчеркнута льдинками в костюме и хрустальными снежинками в густых темных волосах, мы видим в Снегурочке Врубеля все то же смятение, что и у Васнецова. Это и есть тот самый миг между жизнью и смертью, зимой и весной, холодом и огнем, в котором застыла Снегурочка. Но выбора здесь нет, есть предопределенность, и это так соответствовало духу Серебряного века.

Фото: Алиса Асланова

Стилист: Alex Vak

MUAH: Мария Ониськова

Белый образ: корсет IMKMODE Х GRACEFULDRAMA

Черный образ: Arina Boganova

Украшения: Alex Vak