Почему ты пришла в «Кремлевский балет»?
Так получилось, что «Кремлевский балет» был со мной с детства. Еще во время учебы у меня была подруга (дочь действующей артистки), которая участвовала в балете «Дон Кихот». Однажды я пришла на спектакль и осталась совершенно поражена. Меня тогда потрясло, что моя подруга, еще школьница, а уже выходит на сцену настоящего театра! В наших постановках часто заняты дети, они бегают по сцене, создавая особую атмосферу.
С тех пор я, можно сказать, пересмотрела все спектакли «Кремлевского балета». Отчасти потому, что билеты были доступными, но главное — мне нравился высокий уровень, смотреть было безумно интересно. И, в общем-то, с детства я была знакома со всеми артистами, заочно, конечно! Потом я училась при театре танца «Гжель», у нас был педагог Сергей Сергеевич Смирнов, чей сын был премьером «Кремлевского балета». И так я попадала на все новые премьеры театра тех лет, среди которых были «Фигаро» и «Эсмеральда». Балет «Эсмеральда» произвел на меня неизгладимое впечатление. Этот спектакль настолько запал мне в душу, что у меня появилась мечта — станцевать его именно в редакции «Кремлевского балета». До сих пор перед глазами трогательная Эсмеральда, яркие персонажи, взаимодействующие с главной героиней, разрывающее душу последнее адажио Квазимодо с бездыханным телом Эсмеральды. Это очень яркие воспоминания. Я считаю, что этот спектакль должен идти чаще.
Потом я перешла в МГАХ и после госэкзаменов, по распределению, попала сюда — в «Кремлевский балет».
А какая твоя самая любимая роль?
Я станцевала Мерседес в нашем «Дон Кихоте» (редакция Владимира Васильева. — Прим. ред.). Мне кажется, что у всех девочек-балеринок есть мечта — станцевать хотя бы один эпизод из этого балета: или Уличную танцовщицу с тореадорами, или Мерседес в кабачке, или цыганский танец, или хотя бы фанданго. Это такие яркие образы, что только от одной музыки бегут мурашки. А в нашей версии все объединено. И я счастлива, что я станцевала эту партию, мне она очень нравится!
Что для тебя «Кремлевский балет» сегодня?
Сегодня… я считаю, что это продолжение жизни Андрея Борисовича и его творчества. Потому что, готовя спектакли, мы постоянно задаемся вопросами: «Как бы он хотел это увидеть? Что бы он сказал?» И в то же время «Кремлевский балет» — это развитие, потому что ставятся новые спектакли, приходят другие артисты, привносящие новые краски и свежее дыхание в старые постановки.
