Терпение — главное качество педагога.
Интервью: Янина Гурова
Фото: Алиса Асланова
Преподаватель мужского классического танца (средние классы) и дуэтно-классического танца Дмитрий Сергеевич Завалишин рассказал о своем взгляде на современную педагогику хореографии и о том, что сегодня привлекает мальчиков в профессию артиста балета.
Дмитрий Сергеевич, как бы вы описали суть и принципы системы Вагановой для современного студента? Что в ней остается незыблемым, а что допускает адаптацию?
Это очень важный, фундаментальный вопрос. Хочу отметить, что и саму Ваганову, и принципы, лежащие в основе ее методики, необходимо рассматривать в историческом контексте. Можно сказать, что она была вершиной айсберга, а создаваемая в те годы система хореографического образования — результат коллективного творчества не только педагогов, но и таких теоретиков, как Любовь Блок, Аким Волынский, Иван Соллертинский и др.
Всех деятелей театрального искусства той эпохи объединял научный подход, который можно свести к трем ключевым понятиям: целостность, природосообразие и новизна. Они призывали не «ломать», а побеждать природу человека, подчиняясь ее же законам, и раскрывать таким образом заложенные в учениках и артистах возможности.
Во второй половине XX века акцент сместился на сохранение наследия и опору на опыт, в то время как изначально теория и практика были неразрывно связаны. Сегодня, я убежден, необходимо вернуться к логике того времени, особенно к принципу природосообразия. Современные вызовы требуют именно этого.
Насколько педагогика хореографии сегодня интегрирует знания из смежных наук о человеке?
Пока активного взаимопроникновения нет. Так, малоизвестна современная наука о равновесии — постурология. Она доступно объясняет закономерности баланса человеческого тела в пространстве: например, то, что наибольший объем информации для мозга о равновесии в нашей профессии должен поступать от проприорецепторов голеностопной системы, а не от вестибулярного аппарата. Это знание может кардинально изменить наши подходы к нагрузке, растяжке, выбору балетной обуви. Ценность представляют не столько конкретные методики или приемы, сколько сам тип мышления, направленный на синтез знаний. Руководствуясь этими принципами, можно фундаментально обновить практические аспекты обучения.
Классический дидактический принцип «от простого к сложному» для меня — основа преподавания.
Изменился ли подход к отбору детей в академию? На что вы обращаете внимание в первую очередь?
В связи с дефицитом мальчиков критерии для них сильно смягчились, тогда как конкурс среди девочек по-прежнему высок. Ключевыми параметрами остаются выворотность, тип телосложения, наличие подъема, длина ног, танцевальность. Я же всегда обращаю внимание на гармонично сложенных, красивых детей.
Однако сегодня мы зачастую получаем не «сырой» материал, а результат предварительной, не всегда качественной подготовки. Серьезной проблемой стали интенсивные, часто вредные занятия с детьми дошкольного возраста, чуть ли не с двух лет. Такая практика портит природные данные и создает ребенку дополнительные проблемы для получения профессии. Популярные среди родителей элементы йоги и пилатеса для малышей также приносят больше вреда, чем пользы, нарушая естественное двигательное развитие.
Как вы находите баланс между единым стандартом и индивидуальным подходом?
Классический дидактический принцип «от простого к сложному» для меня — основа преподавания. Он позволяет дифференцировать работу: те, кто схватывает быстрее, движутся вперед, а отстающие получают больше повторений для освоения программы. Важно иметь четкую внутреннюю логику изучения материала.
Способных мальчиков можно условно разделить на два типа телосложения: устойчивый и неустойчивый. Первый тип в переходном возрасте практически не теряет функциональных возможностей, и к концу первого курса (к 17 годам) с ним можно освоить практически весь набор техники. Второй тип должен «пережить» этот период: приступать к сложным виртуозным вариациям ему лучше только со второго курса. Примечательно, что зачастую именно представители неустойчивого типа обладают исключительным двигательным интеллектом.
Как вы относитесь к современной тенденции «бесконтактного процесса воспитания танцовщика»?
Я открыто говорю об этом с родителями на первом же собрании. Тактильный метод в работе с детьми до 14–15 лет абсолютно необходим. Согласно современным научным данным, в этом возрасте у ребенка еще не сформирована схема тела, нет психофизиологической основы для самокоррекции. Вербальные инструкции без тактильной помощи малоэффективны. Этот подход долгое время являлся нормой, например, во французской школе, и его важность нельзя недооценивать. Словесные методы часто бессильны — нужно поправить, помочь почувствовать мышцы, указать направление вектора движения в теле.
В чем вы видите главную проблему современной педагогики хореографии в России?
Это системная проблема — отсутствие современных, научно обоснованных учебников по физиологии и биомеханике для педагогов балета. В существующих пособиях этих знаний недостаточно. Мы наблюдаем разобщенность между научным сообществом и практиками. Необходимо возродить принцип дополнительности (или комплементарности), характерный для эпохи Вагановой, когда происходила активная интеграция гуманитарных и естественных наук. Для этого нужна консолидированная работа при поддержке государства.
Что для вас является главной наградой в работе педагога?
Видимый, осязаемый результат. Когда мои ученики успешно показываются на экзаменах или выступают на сцене Мариинского театра. Это лучшая оценка труда.
Что может сегодня привлечь мальчиков в профессию?
Помимо активного поиска талантов в регионах, необходима наглядная популяризация. Нужно показывать яркие, выразительные номера в исполнении самих воспитанников Академии Русского балета на доступных детских спектаклях. Увидев сверстников на сцене, ребенок может «заразиться» интересом к балету.
