Почему ты пришел в «Кремлевский балет»?
Вообще, я не планировал сюда попасть. Во время учебы (в МГАХ. — Прим. ред.) нас занимали в спектаклях Большого и Театра Станиславского. И мне импонировал Театр Станиславского. Но в год моего выпуска там произошла смена руководства, появился новый формат набора артистов. И получилось так, что, когда я пришел просмотреться в Стасик, набор на этот сезон уже был завершен. После госэкзаменов на меня была заявка из «Кремлевского балета». Вот, собственно, я и оказался здесь. Я пришел сюда без каких-либо обещаний, меня взяли не на сольную ставку, а в кордебалет. И я прошел через все — начиная с выноса косули в «Жизели».
Ты стал премьером и заслуженным артистом России. Какие твои любимые партии и спектакль?
«Лебединое озеро». Потому что и моя первая большая партия (па-де-труа), и первая ведущая (Зигфрид) случились в этом спектакле. И «Лебединого», наверное, станцовано больше всего: помимо нашей сцены, я танцевал его и в других театрах, и на гастролях.
Также большое счастье, что у нас (хоть сейчас и редко) идут спектакли Юрия Николаевича Григоровича. И я успел станцевать Ромео в его балете. Говорю «успел», потому что последний раз он шел перед закрытием на карантин, и, к большому сожалению, его больше не ставили в афишу. Хотелось бы, чтобы он вернулся в репертуар.
Ну и, конечно, мне очень дороги спектакль «Клеопатра» и роль Антония. Прежде всего потому, что эта партия изначально ставилась на меня. И с Андреем Борисовичем у нас шел долгий, интересный творческий процесс создания. А еще потому, что это последний его спектакль, и я рад, что он все же состоялся и идет в репертуаре.
Что для тебя «Кремлевский балет» сегодня?
Возможность расти творчески, быть в поиске.
Что бы ты пожелал юбиляру?
В первую очередь — не останавливаться на достигнутом. Да, уже есть богатая история у театра. Но важно, чтобы эта история продолжалась, чтобы было развитие. И еще хотелось бы, чтобы мы не только в себе «варились», но и пересекались бы с балетом и в России, и в мире. Такая практика была в нашем театре. У нас существовала традиция международных фестивалей, в которых участвовали танцовщики со всего мира. И это был прекрасный взаимообмен опытом, подходами к работе, творческими наработками. Это давало возможность артистам нашего театра расти. Хотелось бы, чтобы нечто подобное, возможно, в другом формате, но продолжилось.
